О бедном Вайнштейне замолвите слово или Великая Сила Искусства

Нет, это не  Харви Вайнштейн. Это тот, кто написала об этом негодяе Балладу.

Это Yuri Friedman — Sarid у Котеля. Под этой фотографией в его ФБ подпись: «Это я, Господи!»

Впечатление, вынесенное из постов и инфо  ФБ Юрия Фридманa-Сарида:
израильтянин, разведен,  автор фривольных стишков,  серьзный публицист, наш питерский, self-employed, насквозь книжный, интеллектуал, беспечный остроумец,  дамский угодник, Martial Arts, правее него только стенка.  Судя по многочисленным фотографиям в ФБ , на голове у этого человека  — чалма старика Хотабыча или кипа в виде восточной тюбетейки. Верхняя час тела прикрыта льяными толстовками свободного покроя, нижняя —  арабскими шальварами с низкой мотней. На ногах неизменные сандалии на босу ногу. При всем этом пестром маскараде — Иудей Моисеева Закона.

Я, не будучи представленной Фридману-Сариду, сумела, однако, на нем солидно наварить, прочитав  его  «Сказ об израильской демократии». Начинается «Сказ» так:

«Забугорные друзья мои попросили разъяснить, как устроена наша единственная на Ближнем Востоке демократия. Ибо, читая наши вести с полей, – не догоняют они, ху из где и как оно все привинчено и работает. После долгих и мучительных колебаний – согласился. Посидим, обсудим, перетрем. Может, и сам что-то понимать начну. Потому как легче осознать строение высших миров по Каббале, чем уникальное наше государственное устройство..»

По прочтении сего труда, я, тоже забугорный, но неведомый Фридману-Сариду друг, сходу  усвоила практически все, что мне необходимо было знать о политическом устройстве Израиля. На этом пути я сделала много открытий. К примеру,  впервые и к полному своему изумлению мне открылось, что в Израаиле законодательная и исполнительная власть не разделены, что и пишут законы и исполняют их одни и те же люди. Кроме практической пользы испытала чисто стилистическое наслаждение от серьезной  по своей информационно-деловой сути текстовки, написанной, невзирая на это,  в  элегантно-отвязном стиле, и умело прошитой цитатками и всяческими филологическими штучками.

Так к чему я весь этот огород-то горожу? К тому, что сегодня я впервые прочла в ФБ Фридмана-Сарида годовой свежести «Балладу о Вайнштейне». Баллада эта восхитила меня до такой крайней степени, что я решила украсить ею свой блог, который по моему предположению  не читают  несовершеннолетние.    На этом поэтическом материале очень удобно демонстрировать лингвистическую пропасть, пролегающую  между  «веселым похабством» и «мохнатой пошлостью».   Баллада,  в правдивых деталях отражающая реалии «дело Вайнштейна», именнашта сочно-похабная, но при этом в ней нет ни грана пошлости!

Баллада о Вайнштейне

Вот Вайнштейна на плаху
Под конвоем ведут.
Переёб-перетрахал
Парень весь Голливуд.
Каждой встреченной pussy,
Всем, кому только смог,
Вставил рыжий продюсер
Свой обрезанный шмок.

Бабы жаждут оваций,
Он им сходу: «Не ссы!
Если хочешь сниматься –
Значит, снимешь трусы!
Что Ардженто, что Джоли,
Эшли, Мира, Гвинет –
Ты за главные роли
Будешь делать минет!»

И веселому Харви
Ночь была коротка!
Но какие-то лярвы
Настучали в ЦК:
«Вел себя аморально,
Типа, так вот и так:
Приходилось орально
Соглашаться на fuck».

Прямо в Карнеги-зале –
Только крикнул: «Козлы!» –
Пацана повязали
И на суд повезли.
Прокуроры-паскуды
И терзают, и рвут:
«Опозорил, Иуда,
Наш родной Голливуд!

Рвал невинные плевы,
Был на руку нечист.
Притворялся, что левый,
А на деле – сексист!
И кино безыдейно,
И моральный урод.
Этих самых вайнштейнов
Осуждает народ!»

Про тяжелое детство
Адвокат промычал,
Но куда можно деться
От судьи-палача?
За невинные fuck’и,
Что просила душа,
Эта самка собаки
Назначает вышак!

Вот последнее фото,
Взгляд еще не угас.
Рядом у эшафота
Прокурор-пидарас.
Пострадав от влагалищ
Этой черной порой,
Спи спокойно, товарищ,
Наш последний герой!

Кстати, по делу похотливого продюссора, главного героя сей превосходной баллады,  третьего дня объявился благоприятный для него апдейт, хотя сам по себе он вряд ли убережет его от неба в шашечку. Короче, одна из тех мелких сучек из #metoo, кто «настучал в ЦК» об  оральном изнасиловании, непосрественно после оного послала смс-ку подруге, что все у них с Вайнштейном  вышло полюбовно, и роль в кармане. А это по разряду изнасилования ну никак не проходит, а скорее по деланию карьеры передком.

А где-то месяца два назад  пришли волнующие новости и о самой главной обвинительнице  ненасытного Харви,  можно сказать,  почетной основательнице «Женского Полового Ордена»  под названием #METOO. Эта дама, пострадавшая от нашего неутомимого героя конвенциально-вагинальным путем, сама (упомянута в Балладе под  реальным именем «Ардженто») в свое время оприходовала несовершеннолетнего пацана, бывшего ее партнера по фильму,  вдвое ее моложе, о чем тут же доложилась в ФБ,  что, мол,  испытала с малолеткой «странные» ощущения. Заплатив ему за молчание шестизначную сумму, в точности, как это неоднократно делал коварный любострастец Харви, его главная жертва  никак не ожидала, что  смышленный  малолетка, поистратившись, потребует от нее дополнительной компенсации за «причиненный ущерб». Массонские дамы, члены вышеозначенного «Ордена»,  и миллионы сочувствующих или завидующих  им фемин,  в полном замешательстве. Главный Мастер «Ордена», она же Главная Истица в «деле Вайнштейна» в любой момент может стать ответчиком  по делу об  изнасиловании несовершеннолетнего.

Спору не выйдет:  Вайнштейн, конечно, мудило еще то. Но жалко стало его мерзавца, когда прочла недавно в одном из интервью его горькое признание :
«You were born rich and privileged and you were handsome,I was born poor, ugly, Jewish and had to fight all my life to get somewhere. You got lots of girls, no girl looked at me until I made it big in Hollywood. Yes, I did offer them acting jobs in exchange for sex, but so did, and still does, everyone. But I never, ever forced myself on a single woman.”

Перевод: Ну, типа, вы родились богатыми, и потому от самого рождения —  привелегированными, к тому же вы были  привлекательны физически. Я же родился бедным уродливым робким евреем, и чтобы достичь чего бы то ни было, мне надо было самому за это бороться.  На вас вешались девчонки. В мою сторону не посмотрела ни одна из них, пока я не достиг вершин влияния в Голливуде. Да, я предлагал актрисам роли в обмен на секс, но это делали и до сих пор делают в Голливуде все. Но я никогда не заставлял женщин заниматься этим насильно.
Англоязычная дочь моей подруги любит наставлять меня на трогательном полурусском наречии: «Сонья, ты слишком много чересчур  все анализирававаешь». В очередной раз пойдя неверной дорогой, я стала «анализирававать» как с моим довольно таки категорическим подходом к подлости, особенно если она исходит от  власть имущих, — как мне могло сделаться  жалко похотливого голливудского мерзавца. Ответ пришел по кратковременному раздумии.  Думаю, что виною тут, ни больше, ни меньше, —  Великая Сила Искусства. Ща объясню. Когда я прочла  исповедь Вайнштейна (возможно, что и искреннюю), у меня на уровне подкорки возник образ героя  гениальной поэмы Багрицкого «Февраль». Если вам довелось ее читать, то вы поймете, что при всей несхожести исторического антуража,  герой этот припомнился мне не случайно.

У Багрицкого, вот такой же нищий уродливый застенчивый еврейский юноша, бесполезно мечтающий о девушке в гимназическом платье, и завидующий тем удачникам, кто не боится заговорить с ней:

…Вот и сейчас, заглянув под шляпу,
В слабой тени я глаза увидел.
Полные соловьиной дрожи,
Они, покачиваясь, проплывали
В лад каблукам, и на них свисала
Прядка волос, золотясь на коже…

Вдоль по аллее, мимо газона,
Шло гимназическое платье,
А в сотне шагов за ним, как убийца,
Спотыкаясь о скамьи и натыкаясь
На людей и деревья, шепча проклятья,
Шёл я в больших сапогах, в зелёной
Засаленной гимнастерке, низко
Остриженный на военной службе,
Ещё не отвыкший сутулить плечи —
Ротный ловчило, еврейский мальчик…

Заделавшись комиссаром, «мальчик»  пытается купить за деньги свою несбывшуюся любовь, которую он случайно обнаруживает в публичном доме,  куда, уже вкусивший власти и крови,  приходит с вооруженными «товарищами»  с рейдом.  Герой «Февраля» —  несомненный протагонист автора.

Эта поэма была опубликована после смерти Багрицкого, и  с тех самых пор была эффективным орудием в потных руках антисемитов. Они разглядели  в герое «Февраля», насилующего  проститутку, – бывшую свою гимназическую любовь, ни что иное, как обустроенную жидами революцию, насилующую беззащитную  Россию.

Но это совсем уже другая тема. Да и поздно уже.

Багрицкий — громадный поэт, и лучше этой страшной, выворачивающей на изнанку все его собственные потаенные комплексы и муки поэмы,  он ничего не написал. Ну, разве что, «Происхождение». Вот великолепное крещендо финала «Февраля»:

…Я беру тебя за то, что робок
Был мой век, за то, что я застенчив,
За позор моих бездомных предков,
За случайной птицы щебетанье!

Я беру тебя, как мщенье миру,
Из которого не мог я выйти!

Принимай меня в пустые недра,
Где трава не может завязаться, —
Может быть, моё ночное семя
Оплодотворит твою пустыню.
Будут ливни, будет ветер с юга,
Лебедей влюблённое ячанье.
Share
Статья просматривалась 238 раз(а)

3 comments for “О бедном Вайнштейне замолвите слово или Великая Сила Искусства

  1. Ефим Левертов
    14 октября 2018 at 18:53

    «…израильтянин, разведен, автор фривольных стишков, серьзный публицист, наш питерский, self-employed, насквозь книжный, интеллектуал, беспечный острослов, дамский угодник, Martial Arts, правее него только стенка».
    ————————————
    :Жаль, что я не израильтяни, не разведен и не очень серьезный. Жаль также, что я временно по зрению ограничен в чтении длинных текстов Но это временно. Однако, я тоже питерский и угодник. Так что рассчитывайте на меня, Соня. Обязательно прочитаю полностью.
    :

    • Соня Тучинская
      14 октября 2018 at 19:53

      А я всегда на Вас рассчитываю, Ефим. Питерские, они такие. Своих видят издалека.
      Get well soon! В смысле, глазьями выздоравливайте поскорее!

  2. Соня Тучинская
    14 октября 2018 at 17:44

    Так к чему я этот огород то горожу? К тому, что сегодня я впервые прочла в ФБ Фридмана-Сарида годовой свежести «Балладу о Вайнштейне». Баллада эта восхитила меня до такой крайней степени, что я решила украсить ею свой блог, который по моему предположению не читают несовершеннолетние. На этом поэтическом материале очень удобно демонстрировать лингвистическую пропасть, пролегающую между «веселым похабством» и «мохнатой пошлостью». Баллада, в правдивых деталях отражающая реалии «дела Вайнштейна», именнашта сочно-похабная, но при этом в ней нет ни грана пошлости!…
    Когда я прочла эту исповедь (возможно, что и искреннюю), мне припомнился герой гениальной поэмы Багрицкого «Февраль». Припомнился, при всей несхожести исторического антуража, вовсе не случайно.

    У Багрицкого, вот такой же нищий уродливый застенчивый еврейский юноша, бесполезно мечтающий о девушке в зеленом платьте, и завидующий тем удачникам, кто не боится заговорить с ней.

Добавить комментарий