Идунчик

Памяти Иды Иосифовны Тарнопольской.
—-
Только что получили от её внука:
Здравствуйте. После продолжительного нахождения в реанимации, так и не приходя в сознание бабушка скончалась сегодня 20.07.2018 г. в 0.50 МСК. Олег.

Вот и ушёл последний ветеран войны из нашей огромной семьи. Все четыре лежачих года (из 94-х) она была в здравом уме. Меня
совсем недавно поправила:
— Ты ошибся. ППС — это не полевая почтовая станция, а полевой пункт связи авиакорпуса. Мы передавали всем нашим погоду шифром, чтобы немцы не знали какие аэродромы закрыты для полётов, ну и другие разные секреты — про перелёты, про перебазирования. А «старшего лейтенанта» мне дали зачем-то при демобилизации, сразу после войны.
Ида жила очень трудно и бедно. Вскоре вышла замуж. Родила сына Игоря. А муж уехал восставливать Ашхабад и … объелся груш. Вернулся через 30 лет. Приняла и простила. Вскоре он умер.
Растила сына одна, на грошовую зарплату, и таки вырастила настоящего сына. Все годы Игорь был одержим заботой о матери. Он, что называется, встал на ноги, женился, трудился, создал небольшой бизнес, построил дом на месте развалившейся дощатой засыпной хибары. Все заботы с ним разделяла и Таня — его жена. А ведь уже сами старики — обоим под семьдесят! Не знаю что, гены или воспитание, но внуки показали себя не хуже.
Оптимизм Иды был безграничен. Всегда в хорошем настроении. Никогда не плакала, не жаловалась на бедность или на людей. Всегда просила не ссориться, выступала с добрым словом к тем, кто на семейных сборищах пытался «выяснять отношения». Словом всё, что было тяжкого или дурного никогда её не задевало, не оставляло следа. Только иногда жаловалась, нет не на людей, а на сердце. Её и считали вечно молодой, звали семейным ласкательным прозвищем «Идунчик».
На восьмом десятке наконец-то получила квартиру где-то в Подмосковье, но одна там жить не смогла, не те уже были силы, и вместо себя поселила внука. Потом много раз переспрашивала «разве я преступник?» Объяснениям, что со своей приватизированной квартирой она может распоряжаться как хочет, верила с трудом. Долго не верила, что можно просто так уехать жить за границу. Еженедельным звонкам из Мельбурна радовалась, но поначалу переспрашивала «вы где?».
Сколько нам осталось, столько и будем помнить Иду, Идунчика нашего.

Share
Статья просматривалась 438 раз(а)

Добавить комментарий