«Как нельзя быть грамотным, уметь читать и писать, если вы не знаете букв, нельзя научно понимать язык, изучать его или учить ему других, если вы не обладаете знанием палеонтологии речи…»

Слова Н.Я.Марра, вынесенные в заголовок, можно поставить во главу угла его «нового учения о языке». Это учение имело своей целью изучение древних языков в их тесной связи с дологическим мышлением, предшествующем логическому мышлению на этапах его развития.

Согласно ему, доисторические языки, языки доэллинской культуры нерасторжимо связаны с особенностями этого мышления, из чего вытекала необходимость и в иной системе анализа речи, отличающейся от той, которой располагали ученые. Его высказывание о том, что каждый язык должен быть изучаем в своем «палеонтологическом разрезе, т.е. в перспективе отлагавшихся в нем последовательно друг за другом слоев»[1], приобретают неоспоримую важность и актуальность в свете возрождения и изучения такого древнейшего языка, как иврит, на котором разговаривали несколько тысячелетий назад.

Подчеркивая отличия доисторических языков, их неразрывную связь со своеобразием дологического мышления Марр придавал особое значение развитию такой науки, как этнологическая или палеоэтнологическая лингвистика.

.Огромная заслуга Марра состоит в том, что он по-новому подошел к учению о семантике, законах возникновения того или иного значения слов. В этом он сам видел «особую силу» своего учения о языке.

Вопросы семантических связей в языке занимали центральное место в исследованиях Н.Я Марра и его учеников. Марром было выдвинуто положение о наличии «семантических рядов или пучков», «образовании целых семантических гнезд», в которых одно и то же слово могло служить для обозначения самых разнородных понятий, восходящих к одному и тому же корню. Множественность значений, придаваемых одному и тому же слову в архаических языках, указывает на то, что породившему их сознанию мир представал как органическое целое.

По мнению Марра, именно в семантике заключаются отличия доисторических языков от более поздних исторических времен. Он писал, что в доисторические времена существовали не только иные значения, но совершенно иные основы словотворчества и словоупотребления.

Главное отличие — способ обобщения, озадачивающий логическое мышление, но совершенно естественный для древнего дологического мышления. Древняя языковая мысль устанавливала такие связи между словами, которые с точки зрения логического мышления, кажутся невозможными и немыслимыми. Это свидетельствует о совершенно ином типе причинно-следственных отношений и другом типе мышления, отличающемся качественно от современного.

Такое разительное отличие между двумя типами мышления и двумя различными языковыми системами как нельзя лучше передает высказывание Марра: «И как не приходить в ужас от открывшихся перспектив в связях слов, когда наибольшее отличие двух предметов мы характеризуем словами « как небо от земли», а первобытный человек небо, землю да подземный мир называл одним звуковым словом».

Как мы увидим далее, подобный характер древнего словотворчества находит свое отражение и в структуре корневых гнезд в иврите, что объясняет свойственный им семантический разброс.

Со времени этих исследований Марра прошло без малого сто лет. Канула в прошлое сталинская эпоха, а вместе с ней и кампания критики против учения Марра, развернувшаяся в сталинские годы. Но по-прежнему на имени Марра, на всех его работах и научном творчестве лежит табу. А упоминание его имени вызывает пренебрежительную усмешку: ох, уж этот Марр…

Конечно, наука все это время не стояла на месте. С исследованиями Марра архаической семантики и древнего дологического мышления в полной мере корреспондируют работы ученого-востоковеда И.Г.Дьяконова (1915-1999).

В своей книге «Архаические мифы Востока и Запада» он пишет, что в архаическом сознании обобщение предметов и явлений происходило по самым разнообразным ассоциациям, с учетом особенностей причинно — следственных связей. Это выражалось в образовании семантических рядов, связанных с каким-либо одним понятием. Одно и то же слово могло обнимать целый семантический ряд.
(На этом хочется остановиться и спросить: кто скажет, что Дьяконов не вторит здесь Марру, если вспомнить высказывание Марра, приведенное выше?)

Дьяконов продолжает: по-шумерски а (аia) означает вода, но также семя, родитель, наследник. Есть и другой семантический ряд, в котором вода семантически сближается с понятиями смерти- болезни – тьмы- ночи — холода. На примере понятия «вода», пишет он, мы видим, «как вокруг одного понятия образуются не только ассоциативные семантические ряды, но и целые поля семантических ассоциаций» [2].

При этом в семантическом ряду на противоположных концах могут обнаружиться бинарно противоположные оппозиции. Автор также проводит параллель между мифотворчеством и ранним языкотворчеством, говоря, что «в семантическое поле входят понятия, в данной исторической среде более или менее постоянно взаимозаменяемые или ассоциативно связываемые между собой». По мнению автора, в этом находит свое объяснение «кажущаяся алогичность и произвольность мифологической фантазии».

Как видно из этого, в основе древнего языкотворчества, согласно Дьяконову, лежит своеобразный способ обобщения, благодаря которому слова разнородные по значению, восходят к одному и тому же корню.

Таким образом, можно сказать, что Дьяконов пишет о том же, о чем писал Марр, что составляло основополагающую идею его трудов, а также трудов Фрейденберг, Франк-Каменецкого и других ученых его школы. Его высказывания совпадают с идеями Марра не только по содержанию, но и по форме.

Что такое «кажущаяся алогичность, произвольность мифологической фантазии», по Дьяконову? Ведь это не что иное как свойства дологического мышления, результат особого рода причинно-следственных отношений, устанавливаемых этим мышлением, на что указывает, как Марр, так и Дьяконов. А «семантические ряды, семантические поля», по Дьяконову? По сути, это то же самое, что и «семантические гнезда» Марра.

Казалось бы, Дьяконов должен хотя бы вскользь упомянуть Марра в своей книге «Архаические мифы Востока и Запада». Но он этого не делает. Видимо, такова сила инерции, что даже спустя столько лет над мышлением ученых тяготеет пресловутое слово марризм — самое одиозное слово, вошедшее в обиход научных кругов как синоним чуждого и идеологически вредного в науке явления.

Очевидно, что древнее мышление откладывало отпечаток на словотворчество, выражением чего было неповторимое своеобразие словосочетаний и языковых оборотов, в которые облекалась древняя языковая мысль. Семантическое сближение слов, сходных по созвучию, обобщение одноименным корнем разнородных слов по значению, семантический разброс – все это озадачивает и современных ученых при исследовании древних текстов.
За примером не нужно далеко ходить. В недавно опубликованной статье М.Носоновского «Перечитывая И.М.Дьяконова» [3] автор, в частности, рассматривает многозначный корень דבר в иврите. В чем состоит объяснение автора этого языкового явления, в чем заключается его научный подход?

Продолжение следует.

ЛИТЕРАТУРА
.
1. Марр Н.Я Яфетидология. — Жуковский-Москва, Кучково поле, 2002, с. 212
2. Дьяконов И.М. Архаические мифы Востока и Запада. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009, с.42
3. Носоновский М. «Перечитывая И.М.Дьяконова». Портал «Заметки по еврейской истории», номер 10(203), октябрь 2017

Share
Статья просматривалась 285 раз(а)

Добавить комментарий