̲Р̲а̲з̲д̲в̲о̲е̲н̲и̲е̲ ̲л̲и̲ч̲н̲о̲с̲т̲и̲

̲Р̲а̲з̲д̲в̲о̲е̲н̲и̲е̲ ̲л̲и̲ч̲н̲о̲с̲т̲и̲

В первой жизни я был математик. Продолжалась она 10 лет — с момента выбора кафедры в университете в 1965 году до вынужденного ухода из университета в 1975-м. Это были счастливые годы. Первые серьезные результаты пошли через два года после начала — первые статьи опубликованы в 1967 и 1968 годах. Кстати, эти результаты до сих пор востребованы. На статью «О сходимости разностных аппроксимаций для задач оптимального управления// Журнал вычислительной математики и математической физики. 1969. Т.9. N3″ за последние годы сослались более чем в 20 диссертациях. Если учесть, что статья написана почти полвека назад (даже не почти — тогда в редакции она лежала почти год) — это неплохой показатель.

Журнал вычислительной математики и математической физикиДругие работы того времени тоже до сих пор цитируются, например, «Об аппроксимации двухэтапных стохастических задач // Журнал вычисл. математики и мат. физики. -1971. Т. И, № 5, цитируется в диссертациях, защищаемых уже в ХХI веке. Или эта серия работ с Адой Голубевой «Численные эксперименты по решению некоторых экстремальных и обратных задач для уравнения теплопроводности М.: Изд-во МГУ» — до сих пор обсуждается в диссертациях последних лет, хотя прошло уже тоже более четырех десятилетий с момента написания.

Этот список можно продолжать — тогда число математических публикаций подходило к 70 (очень много, если учесть, как трудно проходили статьи в серьезные журналы).

 

Примерно тогда же статьи стали переводить на английский и печатать в западных журналах. В моем профиле, созданном Американским математическим обществом, стоит «дата первой публикации 1968»:

https://mathscinet.ams.org/mathscinet/MRAuthorID/359421

И во всех переводах моя фамилия на английском выглядела так: «B̲e̲r̲k̲o̲v̲i̲c̲h̲»

Похожее изображениеКак пишут в плохих романах, прошли годы…
Уже в пятой своей жизни я пишу статьи в журналы, которые тоже переводят рефераты своих статей на английский и добавляют информацию в международные базы данных. Это делают, в частности, журналы «Вопросы литературы» и «Человек» (издание Президиума РАН). И теперь мои статьи об антисемитском журнале «Двадцатый век», о тайном смысле гравюры Дюрера «Меланхолия» или о магии чисел в творчестве Томаса Манна тоже можно найти зарубежному читателю при поиске по автору. Только автора теперь пишут иначе — на французский лад: «B̲e̲r̲k̲o̲v̲i̲t̲c̲h̲«. Вот так и разделились: математические работы остались «Berkovich’у», а статьи по истории литературы и науки взял себе «Berkovitch».
А о том, что они мирно (относительно) уживаются в одном человеке, мало кто догадывается.

Share
Статья просматривалась 353 раз(а)

2 comments for “̲Р̲а̲з̲д̲в̲о̲е̲н̲и̲е̲ ̲л̲и̲ч̲н̲о̲с̲т̲и̲

  1. Борис Дынин
    2 ноября 2017 at 1:48

    «А о том, что они мирно (относительно) уживаются в одном человеке, мало кто догадывается»

    Евгений Михайлович,
    Мы не только давно догадались об этом, но просто знаем это.

  2. Евгений Беркович
    2 ноября 2017 at 0:18

    Вот так и разделились: математические работы остались «Berkovich’у», а статьи по истории литературы и науки взял себе «Berkovitch». А о том, что они мирно (относительно) уживаются в одном человеке, мало кто догадывается.

Добавить комментарий