Что символизирует изображение Одиссея и Сирен в синагоге из Бейт-Шеана?

Бейт-Шеан или Скифополис входил в состав Декаполиса, союза десяти несемитских городов, расположенных в основном к востоку от Иордана. Бейт-Шеан — единственный из них находится к западу от Иордана, на севере Иорданской долины. Хотя большинство населения города не были евреями, в нем существовала еврейская община. Интересная находка, выставленная ныне в Музее Израиля — мозаичный пол из общественного здания (видимо, синагоги), называемого «домом Леонтиса» по имени человека, пожертвовавшего деньги.

Это мозаика V или VI века н. э., состоящая из трех частей. Нижная часть представляет собой изображeние Нила с богом Нила посередине и надписью «Александрия».

Средняя часть включает посвятительную надпись на греческом языке и изображание Меноры внутри круга, а также пар птиц вокруг. Надпись гласит: «На добрую память о Кириосе Леонтисе Клубасе, который изготовил эту мозаику [на свои деньги] для спасения души его и его брата Ионатана».

Наиболее интересна верхная часть мозаики (к сожалениюм я ее не сфотографировал, поэтому использую фотo из интернета). На ней сверху изображен Одиссей, привязанный сетью к мачте. Ниже ниреида (морская нимфа) восседает на морском чудовище с лошадиными ногами (ихтио-кентавре). Текст: “Г[осподь в] п[омощь] Леонтис Клубас». Еще ниже — изображание рыбака и сирены.


«Одиссея» Гомера является важнейшим произведением древнегреческой литературы. В определенном смысле «Одиссея» противопоставлена еврейской Библии, если мы считаем греческую и библейскую культуру двумя источниками иудео-христиано-мусульманской цивилизации. Поэтому появление сюжета из «Одиссеи», а не из Торы, на мозаике в синагоге требует определенного осмысления.

Об этом есть интереснейшая статья профессора Galit Hasan-Rokem (фольклориста и антрополога из Еврейского университета в Иерусалиме, ученицы Дова Ноя) «Leviticus Rabbah 16:1 — ‘Odysseus and the Sirens’ in the Beit Leontis Mosaic from Beit She’an.» Путем сопоставления с мидрашами, она приходит к выводу, что эти «молчащие сирены» (образ восходит к Кафке, который писал, что «можно представить, как кто-то спасется от пения сирен, но не от их молчания») — не случайный образ. Сирены обладают определенной герменевтической (то есть связанной с толкованием текста) функцией.

«Во-первых, преобладающий универсальный статус мужчины-толкователя подчеркивается женской ролью сирен как фигур искусства и изобразительной культуры. Во-вторых, что параллельно и, возможно, более важно для нашего обсуждения, они представляют инаковость интерпретируемого по отношению к интерпретатору. В их случае инаковость представлена как буквальная непроницаемость, загадка, которую нужно разгадать. Таким образом сам акт толкования составляет экзистенциальную конфронтацию с тем, что изначально неизвестно, в попытке ознакомиться с тем, что необычно. Сирены в раввинистической литературе вводят в привычные институты раввинистической культуры — синагогу и бейт-мидраш — голоса из различных ‘внешних’ сфер. Раввинистические тексты, с одной стороны, одомашнивают даже сирен, интегрируя их в свою практику толкования, а с другой стороны пробивают бреши в герметической разделительной стене между внутренним и внешним.»

Пусть витиеватый язык гуманитариев не введет нас в заблуждение. Г. Хасан-Рокем высказывает совершенно конкретную идею. Еврейская раввинистическя культура способна абсорбировать и переварить самые разные нееврейские концепции и сюжеты. В первую очередь, в данную эпоху и в этом регионе — эллинистические концепции и сюжеты. Образ сирены как раз символически и выражает такую способность. Ведь Одиссей находит способ услышать их «чужое» пение, несмотря на то, что оно ему запрещено и смертельно опасно!

В результате такого удивительного объяснения, сюжет об Одиссее и сиренах оказывается сюжетом о практике толкования Торы, одним из способов которых является использование народной этимологии! Галит Хасан-Рокем приводит и ряд конкретных примеров о сиренах в раввинистической литературе. В частности, o связи «чешуи» с условной библейской «проказой» и об интерпретации слов «суру, суру» («уйдите, уйдите») в Плаче Иеремии 4:15 как «Сирон, Сирон» по-гречески (видимо, Σειρήν, «Сирена, сирена») по отношению к покрытым нечистотой обольстительным существам.

Почему же Леонтис поместил свою мозаику именно в Бейт-Шеане (Скифополисе)? Г. Хасан-Рокем полагает, что это может быть связано с высказыванием Рейш-Лакиша из Талмуда (Эрувин 19а):

גן עדן אמר ריש לקיש אם בארץ ישראל הוא בית שאן פתחו ואם בערביא בית גרם פתחו ואם בין הנהרות הוא דומסקנין פתחו
«Райский сад, сказал Рейш-Лакиш: если он в Стране Израиля, то Бейт-Шеан его врата, а если он в Аравии, то Бейт-Герем его врата, а если он в Междуречье, то Домаскнин его врата«. Бейт-Герем, по-видимому — Гераса, а Домаскнин, возможно, Дамаск. (все эти города входили в Декаполис). Рейш-Лакиш — палестинский аморай периода, когда Декаполис был в расцвете, он похоронен в Кационе в Верхней Галилее.

Share
Статья просматривалась 1 490 раз(а)

10 comments for “Что символизирует изображение Одиссея и Сирен в синагоге из Бейт-Шеана?

  1. Benny
    6 апреля 2017 at 15:02

    Недавно я посетил очень интересную лекцию (лектор: http://jewsforjudaism.org/staff/rabbi-michael-skobac/ ) о отношении еврейских духовных властей к евреям-христианам в Эрец Исраэль 1-го и 2-го века.

    На основании Мишны, Гмары и мидрашей лектор показал, что один из общепринятых главами Санхедрина способов заключался в «НЕ отталкивать заблуждающиеся общины«:
    НЕ изгонять их из среды еврейского народа и ДА позволить им придерживаться своих заблуждений (пока они не пересекли «красную черту» как апостол Павел) — но ни в коем случае не принимать их заблуждение самим.

    Возможно, в данном случае «изображение Одиссея и Сирен в синагоге из Бейт-Шеана» символизирует этот принцип «НЕ отталкивать заблуждающиеся общины, которые не пересекли красную черту».

    • Михаил Носоновский
      6 апреля 2017 at 15:50

      Между синагогами и бейт-мидрашами, как мы знаем их из еврейских текстов (Synagogues of the Sages) и античными синагогами как мы знаем их по данным археологии (Synagogues of Archaeology ) и эпиграфики («Epigraphical» Rabbis) есть опредлененное противоречие. Что, в общем-то, обычная ситуация, когда есть два типа разных источников. Например, о Вавилонском еврействе мы знаем из Гемары и из заклинаний на чашах. 🙂

      Есть интересная статья «Epigraphical» Rabbis, Helios, and Psalm 19: Were the Synagogues of Archaeology and the Synagogues of the Sages One and the Same?» The Jewish Quarterly Review, Vol. 94, No. 1 (Winter, 2004), pp. 27-76. Там автор связывает «языческие» изображения зодиака и Гелиоса (в Хамат-Тверия, в Бейт-Альфе и др.) с описанием как бы зодиака в псалме 19. https://www.jstor.org/stable/1455517?seq=1#page_scan_tab_contents

      Эллинистическое еврейство Александрии и арамееязычное еврейство Палестины и Вавилона — довольно разные группы. В мозаике не случайно упомянута Александрия и Нил. Талмуд написали арамееязычные последователи фарисеев, а грекоязычное еврейство не дало такой традиции. Кроме того, и в Стране Израиля Галилейские традиции отличались от иудейских. Я недавно был на экскурсии с Тувалем в Сусие к югу от Хеврона (это место не упоминается в источниках), так там гораздо более «ортодоксальная» синагога.

      • Benny
        6 апреля 2017 at 16:10

        Михаил Носоновский: Между синагогами и бейт-мидрашами, как мы знаем их из еврейских текстов … и античными синагогами как мы знаем их по данным археологии … и эпиграфики … есть опредлененное противоречие. …
        ————
        ИМХО: Вы фактически пишите об здоровом «ЭВОЛЮЦИОННОМ (спонтанном) развитии» еврейского общества в то время 🙂

        Кстати, сейчас в Израиле некоторые либеральные раввины из религиозных сионистов разрешают «вязанно-кипастым» девушкам служить не только в «ширут леуми» (альтернативная служба) но и в ЦАХАЛе.
        Наверное в будущем исследователи тоже будут находить в этом «опредлененное противоречие» 🙂

        • Михаил Носоновский
          6 апреля 2017 at 21:32

          Экое у Вас ничем не сдержанное движение мысли. От ягоды в огороде до родственника в матери городов русских. 🙂

          • Benny
            6 апреля 2017 at 22:10

            Михаил Носоновский: Экое у Вас ничем не сдержанное движение мысли. ….
            ———-
            Есть и другая опция: Вы просто не знакомы с темой «ЭВОЛЮЦИОННОГО развитии человеческих обществ» 🙂

            Это лежит в научной области экономики-социологии-истории.
            рекомендую: Блог Евгения Майбурда; ПАСЕЧНИК ИЗ РОТТЕРДАМА
            http://blogs.7iskusstv.com/?p=51948
            Интересна вся статья, но научная часть начинается с «Предыстория».

  2. Инна Беленькая
    6 апреля 2017 at 10:53

    Михаил Носоновский
    6 апреля 2017 at 0:18
    Еврейская раввинистическя культура способна абсорбировать и переварить самые разные нееврейские концепции и сюжеты.
    ______________________________
    Почему же только «раввинистическая культура»?
    Взаимовлияние и взаимопроникновение культур — обычное явление. Возьмите хотя бы библейское повествование о Моисее.
    Мать Моисея, спасая его от приказа фараона потопить всех еврейских новорожденных младенцев, кладет его в просмоленную корзину и ставит ее в заросли тростника на берегу Нила. Там его находит дочь фараона.
    Но сказание о Моисее находит свою аналогию в мифах и преданиях у разных народов. Как считают ученые, древнейшим мифом об этом является миф, датируемый периодом основания Вавилона (около 2800 г. до Р.Х.) и касающийся истории рождения его основателя Саргона Первого. « Она в укромном месте родила меня. Она положила меня в корзину из камыша и, залив крышку смолой, опустила ее в воду, которая не поглотила меня» [цит. по 8, с.168]. Река принесла его к водоносу Акки, который вырастил его как своего собственного сына.
    Выбрасывание в корзине или ящике встречается и в вавилонском мифе о Мардуке-Таммузу, и в египетско-финикийском мифе об Озирисе-Адонисе. Также и Бахуса спасают от преследования царя, бросив ящик в Нил, а в возрасте трех месяцев его находит царская дочь, что заметно напоминает легенду о Моисее. Подобное рассказывается и во многих других легендах.
    Или это не «абсорбация»?
    А вообще читать вас очень интересно. Тем более , когда текст еще и художественно оформлен.

    • Михаил Носоновский
      6 апреля 2017 at 15:36

      Я согласен, но дело еще в том, что еврейская культура использует эти заимствования сюжетов. Лет 15 назад мы здесь обсуждали бродячие сюжеты сказок и их рецепцию евреями (например, моя статья того времени http://berkovich-zametki.com/Nomer11/MN22.htm). С одной стороны, Устная Тора (а это почти то же самое, что «еврейская традиция» — traditio значит передавать — та часть учения, которая передается устно) дана в потенциале на Синае. С другой стороны, практически любой неееврейский материал может войти в традицию, но он должен быть обработан, быть принят раввинами и еврейским народом.

      Мой любимый пример — бродячие сюжеты адаба — Панчатантра, «Принц и отшельник» («Варлаам и Иоасаф», Будасфа, Принц и суфий — это все одно и то же), «Калила и Димна», «Мудрость Xикара». Казалось бы, что может быть дальше от иудаизма, чем языческая Панчатантра, рассказы о Будасфе (=Бодисатве)? Но эти бродячие произведения переводятся на иврит. Средневековые переводы — это не просто переводы, а переложения. Например, если вы посмотрите на переводы арабской поэзии Йегуды Галеви, то перевод отличается от оригинала тем, что в него вплетены цитаты из Танаха в огромном количестве (мусивный или мозаичный стиль). Tо же касается перевода макам Аль-Харири, которые перевел на иврит Альхаризи и сделал их из потокoм библейских цитат и аллюзий. Такова природа средневековой литературы на иврите.

      Я как-то писал про перевод Галеви стихотворения Альмутаннаби «День, когда ты играл с ней на коленях, она в твоих зрачках видела лишь свое отражение» (должно быть по ссылке http://berkovich-zametki.com/Nomer33/MN50.htm, но почему-то не открывается). В перевод вплетены библейские цитаты, которых в арабском оригинале нет. Использовать цитаты было настолько важно, что Галеви не побоякся изменить пол любовницы. В результате получилась, так сказать, пропaганда гомосексуализма. А в оригинале никаких библейских цитат не было, поэт целует девушку-сирийку, а не мальчика.

      Так вот, «Будасфа» (Варлаам и Иоасаф) был переложен на иврит в средние века под названием «Бен-hа-мелех веhа-назир» — «Принц и отшельник» и введен в еврейский контекст. Его стали читать и любить евреи и ученые люди и воспринимать как сочинение мудрецов. А в XIX веке раввин из Багдада уже выводил из него галаху о законах тшувы, т.е. Устная Тора пар экселенс! Языческий текст полностью превращен в еврейский.

      Подобно тому, как человек может пройти гиюр, принять Тору и стать евреем (а народ Израиля проделал это на Синае), так и нееврейский текст или сюжет можно «огиюрить» и сделать еврейским, но для этого нужны определенные механизмы. По-моему, применительно к Одиссею и сиренам это очень нетривиально. Именно поэтому это в Бейт-Шеане меня более всего и восхитило.

      • Benny
        6 апреля 2017 at 16:22

        Михаил Носоновский: … практически любой неееврейский материал может войти в традицию, но он должен быть обработан, быть принят раввинами и еврейским народом. Мой любимый пример ….
        ————
        А мои любимые примеры: хабадские нигуны (напевы без слов) «марш Наполеона» и «нигун Шамиль».

        • Михаил Носоновский
          6 апреля 2017 at 21:33

          Ну мелодии, они же всегда у всех заимствуются. Еврейская культура все же текстовая культура прежде всего.

Добавить комментарий