НИКТО НЕ ВИНОВАТ. Ч. 3. 101-й километр. Гл. 14 Жизнь в телевизоре.

14. ЖИЗНЬ В ТЕЛЕВИЗОРЕ

1.
Нам ближе Индия, чем Нью-Йорк.
Мы можем всё то, что немыслимо.
А в телеящике светлый морг
и творожок
«ДАНИССИМО».

2.
Который день метёт буран,
а в телевизоре гламурный
опять кривляется баран.
Так по башке тяжёлой урной
бьют хулиганы, но тайги
вокруг несчитанные вёрсты.
В окно морозное ни зги
не увидать, и только пёстрый
урчит котёнок. На него
уютный свет от монитора
ложится. В мире ничего
не будет страшного, и скоро
всё кончится…
и вновь начнётся…

3.
«Тайны следствия» или же «Пусть говорят»,
а дома престарелых горят и горят,
протекают проклятые крыши,
и Господь нас, убогих, не слышит.
И ползёт по стране нехорошая весть:
человек износился и кончился весь,
и бюджетные средства не может
не присвоить… Но хочется в рожи
этим гоблинам плюнуть, уехать на край
обманувшего света, построить сарай
и рыбачить, охотиться, верить
в то, что Правдой живут, как святой Серафим,
на земле, посреди первобытных пустынь,
все: и птицы, и люди, и звери.

4.
Телевизор. Избитая в кровь старуха.
Врут юристы: «Сынок задушил ребёнка.
Смерть убийце! Урода казнить!» Мокруха
повсеместная. И педагог-болонка
о порочности вздор бесконечный мямлит,
и ведущая вторит, что ценность – дети.
«Кто виновен?» – спросил бы распятый нами.
«Все! – отвечу, –  А больше всего вот эти,
осудившие раньше суда. И вроде
тоже люди, а кто их поправит, бедных?
Только Ты между нами печальный бродишь
всё прощающий – даже бесстыдство смертных».

5.
Что за диктор! Весь вечер трендит и трендит,
что певица известная матерью стала,
что страна процветает, преступность упала.
Ничего не взрывается и не горит.

Ну, так что его слушать? Ты знаешь: растёт
несгибаемый доллар, закрыты больницы,
разбегаются люди с пропащей землицы –
только Жирик на Первом по-клоунски жжот.

Взять, и вырубить к чёрту… Читать до утра
томик Гоголя – ужасы эти про Вия.
Да пребудет с тобой вся большая Россия!
Пусть петух запоёт – и поймёшь ты: «Пора!»

6.
И выборы прошли. Мордатый кандидат
стал нашим вожаком. Опять, как пионерку,
нас поимели СМИ. Избранник будет рад
на денежки свои прикупленную верку
нам выдать за, ха-ха, доверие наро…
Не потечёт, увы, в кисельный зыбкий берег
молочная река… Как это всё старо!
Для новых алкашей готов уютный скверик!
Под утро увезут нас бодрые менты
туда, откуда нет ни связи, ни возврата…
…А за кого отдал свой голос, друг мой, ты?
Какого толстожо… ты выбрал депутата?

7.
Худо ли, бедно ли дожили мы до казённой весны,
но без футбольного, как ни хотелось, тупого азарта.
Накрепко солнечной феней заболтаны юного марта,
выбрали жулика мы в императоры жалкой страны.

Что же ещё? Камуфляжная мода, спецназ, опера,
чтобы ворья прибывало и меньше на деле порядка.
Ходят по улицам римляне смутной эпохи упадка,
ждут – на кого упадёт леденящий удар топора?

Сам я живу далеко – сберегла прохиндейка-судьба.
Сосны и ели теснятся вокруг нежилого посёлка.
Что человек?.. Лишь зверушка библейского толка.
Лес молчалив, и, как викинг за чашей, природа груба.

Share
Статья просматривалась 534 раз(а)

Добавить комментарий