Диспут Рамбана

До XII века полемика между христианами и евреями велась относительно Библии. В XIII веке главным объектом нападок на евреев христиане сделали Талмуд. Первый раз это случилось в 1240 году на Парижском диспуте, где Николай Донин хотел доказать, что в Талмуде содержатся оскорбления в адрес Иисуса и христианства. Донин хотел противопоставить Талмуд и современных ему евреев Торе и библейским евреям. На библейских евреев – евреев Торы распространялась «охранная грамота» Августина. Современные же Донину евреи, по Донину, – это евреи Талмуда, их надо обращать в христианство, а «слепых и упрямых» — изгонять и уничтожать. Пабло Христиане сделал следующий шаг в этом направлении. Объектом дискуссии был по прежнему Талмуд, Однако его не осуждали, а на него опирались, но с той же целью. Барселона 1263 года стала испытательным полигоном монахов орденов христиан, где была опробована новая методика борьбы с евреями.

Пабло Христиани утверждал, например, что мессия уже пришел – это, якобы, выводится из текста Талмуда. Новизне такого подхода диспутант с еврейской стороны Рамбан тоже противопоставил новинку. Рамбан ответил, «что Иисус жил задолго до мудрецов Талмуда, а если же мудрецы верили в мессианство Иисуса и в его веру и религию…то как же они остались в иудействе и своей обрядности». Так Рамбан стал оспаривать не конаретные довода «брата» Пабло, а его принципиальные подходы – его утверждения о том, что мудрецы Талмуда признавали Иисуса мессией.

Были и другие «новинки» с обеих сторон диспута. Например, была приведена известная цитата из Берейшит 49:10 о «скипетре и законодателе», на что Рамбан отвечал, что в Вавилоне у евреев уже не было «скипетра и законодателя» — это был стандартный ответ евреев на «каверзный» вопрос. И здесь Пабло опять «блеснул» новинкой, обратившись к  библейским писаниям – пророчеству Даниила, сказав, что «в Вавилоне у евреев были эксилархи, обладавшие судебными полномочиями, а после смерти Христа не было у них ни вождя…никакой другой власти. Поэтому ясно что их (евреев) мессия уже пришел», (см. Латинский документ диспута). Так в подтверждение своей позиции Пабло приводит, как он считает, еврейские трактовки из Талмуда.

Для доказательства факта рождения мессии Пабло привел аггадический рассказ о рождении мессии в день разрушения Храма. Это, по мнению Пабло, служит основанием того, что Иисус – мессия. Одновременно дискутирующие погрузились в арифметические расчеты даты рождения Христа и даты его прихода. Здесь целью Рамбана было даказтельство, что Иисус не мессия, «ибо он родился и убит до разрушения Храма». Что касается смысла приведенной Пабло аггады, то здесь Рамбан применил оригинальный прием – он заявил, что просто не верит в аггаду, отнеся ее к разновидности книг, в которые «если кто-либо верит – хорошо; а если кто-то не верит, то ему это не повредит. Поэтому, я не верю в эту книгу там, где она говорит, что мессия родился в день разрушения Храма». Так Рамбан начал серию еврейских возражений против использования христианами аггадических рассказов евреев для доказательства правоты христианства. «Если сами евреи не обязаны верить в эти свои легенды», то тем более христиане не могут на них ссылаться. Мы, все-таки можем предположить, что лично для Рамбана это, возможно, было не более полемического приема, ведь сам он часто выражал веру в аггаду. Однако, этот прием с тех пор не раз использовался евреями на диспутах с христианами, в частности, в Тортосе (1413 г.).

Примененная Рамбаном новинка не была единственной на этом диспуте. Другая фраза Рамбана, тоже была достаточно «революционной». Он заявил, ни больше, ни меньше, что вера в Мессию, в принципе, не является догматом для иудаизма. Здесь Рамбан вступил в дискуссию со своим великим предшественником Рамбамом, включившим веру в Месссию в число 13 догматов иудаизма. Здесь опять можно предположить, что данный тезис Рамбан выдвинул в пылу полемики. Поражает, однако, устойчивость данного тезиса в последующих еврейско-христианских дискуссиях.

Неотнесение веры в Мессию к числу обязательных догматов иудаизма не снимает совершенно вопроса о сроках его прихода. Здесь Рамбан также блеснул новинками. В первый день диспута Рамбан в шутку попросил короля послать гонца к воротам Толедо для встречи Мессии. На второй день диспута арифметические расчеты продолжились. Рамбан предложил считать в «Откровении Даниилу» день за год, тогда, по счету Рамбана, Мессия должен придти в 1358 году, через 95 лет после диспута. «И мы надеемся, — сказал Рамбан, — что Избавитель придет в этот срок». Можно размышлять, были ли эти расчеты Рамбана искренними, выражавшими его надежду на будущее евреев или опять-таки лишь полемическим приемом.  Нам кажется, что верно наше первое предположение.

Диспут, проходивший в королевском дворце, стал сенсацией в городе и накалил страсти народа. Слова Рамбана вылетели через окна и двери дворца  на улицы Барселоны, где хозяевами были доминиканские монахи, «наводившие ужас на весь мир». В последний день диспута Рамбан просил короля остановить диспут. Эта просьба поступила от «иерархов и рыцарей», но об этом же просили и барселонские евреи, которые стали опасаться, как бы он (Рамбан) не раздражил доминиканцев и не навлек гонений на всю еврейскую общину», (Дубнов. Краткая история евреев, 1997, стр. 432). Доминиканский и францисканский ордены, созданные для борьбы с ересями в христианстве, скоро превратились в орудия миссионерства. Будучи посланниками самого Папы Римского, они приобрели наднациональный статус и могли беспрепятственно действовать на всей территории католической Европы. Особая задача, которую возложили на себя ордены в отношении евреев, поощряла из напор и рвение. Монахи стали проповедовать даже в синагогах, а евреев обязали их слушать. Такое положение было в частности в королевстве Арагон (Испания) сразу после Барселонского диспута. Пабло Христиани, возможно в результате завышенной самооценки результатов диспута, был послан в синагоги для проповеди и убеждения евреев. Через 5 лет король Арагона, убедившись в малой эффективности принудительных мер, освобождает евреев от обязанности слушать проповеди вне еврейского квартала и ограничивает христианский экскорт проповедующего монаха 10-ю человеками (своеобразный миньян). В историческом плане события шли к окончательному разрешению ситуации. Происходило дальнейшее ухудшение отношений к евреям. К этому подталкивала экономическая ситуация и усиливающаяся конкуренция цехов и кланов. Церковь хотела консолидировать христианское общество и не видела для этого иной возможности, кроме полного отгораживания от евреев. Король видел в консолидации христиан возможность укрепления своей власти как провестника будущих национальных территориально-христианский государств. Все неотвратимо шло к роковому 1492 году.

Share
Статья просматривалась 416 раз(а)