Умные вороны

Наблюдал сегодня за поведением ворон.Прилетела одна ворона, неся в клюве кусок хлеба. Стала закапывать этот хлеб в ямку и засыпать пылью и песком. К ней подлетели три ее подруги. Первая ворона отвернулась от ямки, притворившись «шлангом»: «Ничего у меня нет, сама ищу что бы поесть». Три вороны улетели, а первая продолжила маскировать принесенный припас.

Carol V. Davis. The Black of Everything
At first it was the crows
on the checkerboard lawns,
while the block slept.
So still the earth had stopped
its spinning under the grip of talons.
The birds’ shrill cries erupted
like a fury of Yemenite tongues
ululating at a funeral.
A lash of wings over the city.
They must be emissaries of the Angel of Death
entombing the sky in their black greatcoats,
then choosing a street to pluck from.
Cancer twice in the odd-numbered houses.
Neighbor children used to be safe here.
Now they cross to the other side
and back again in uncertainty,
as if such a curse were catching,
while today out early to pluck dead petals,
I walk blindly into a smothering of crows.

Виктор Соснора. ВОРОНА

И красными молекулами глаз
грустны-грустны, взволнованны за нас

вороны в парке (в нем из белых роз
валетики из влаги и волос).

И вот ворона бросилась. И вот
я все стоял. Она схватила в рот

билетик театральный (как душа
у ног моих он был - дышал, дрожал,

использованный). И остался снег.
Спектакля нет. Вороны нет.
Share
Статья просматривалась 1 122 раз(а)

1 comment for “Умные вороны

  1. Ефим Левертов
    5 октября 2015 at 22:42

    Полина Барскова. Из цикла «Любовные игры птиц»
    Я наблюдаю двух ворон.
    Среди нарциссовых корон.
    Они стоят со всех сторон.
    Они спешат ворона-вран
    Торопятся: как с похорон
    И снег разверзся как экран
    Дрожит и отражает вонь
    Ее гортанный вялый крик
    Взлетает падает горит
    Его тревожный яркий крик
    Ей раздражаться не велит
    Тогда она и говорит
    Мне слова нету от тебя
    Живу я взглядом теребя
    Твое горящее лицо
    Но нужно нечто мне еще
    А вран в ответ ну е-мое
    Не я ли создал для нее
    Вот этот облак алый край
    Воды паденье прямо рай
    Не я ль к устам ее приник
    И вырвал то и вставил сё
    Подруга я ведь твой язык
    Скажи чего тебе ещё?
    Ворона тискает червя
    Из клюва падает земля
    И отворачиваюсь я

    Иосиф Бродский. Полторы комнаты
    16. Две вороны тут, во дворе у меня за домом в Саут-Хадли. Довольно
    большие, величиной почти с воронов; и, подъезжая к дому или покидая его,
    первое, что я вижу, это их. Здесь они появились поодиночке: первая — два
    года назад, когда умерла мать. вторая — в прошлом году, сразу после смерти
    отца. Во всяком случае, именно так я заметил их присутствие. Теперь всегда
    они показываются или взлетают вместе и слишком бесшумны для ворон. Стараюсь
    не смотреть на них; по крайней мере стараюсь за ними не следить. Все же я
    приметил их склонность задерживаться в сосновой роще, которая начинается за
    моим домом в конце двора и идет, с четверть мили, по скату к лужайке,
    окаймляющей небольшой овраг с парой крупных валунов на краю. Нынче я там не
    хожу, поскольку боюсь спугнуть их, ворон, дремлющих на вершинах тех двух
    валунов в солнечном свете. И я не пробую отыскать воронье гнездо. Они
    черные, но я заметил, что изнанка их кральев цвета сырого пепла. Не вижу их
    лишь тогда, когда идет дождь.
    40. Тем временем две вороны становятся все наглей. Сейчас они приземлились
    у моего крыльца и расхаживают там по старой дровяной поленнице. Они черны
    как сажа, и, хотя я стараюсь к ним не присматриваться, я приметил, что они
    несколько отличаются друг от друга размерами. Одна поменьше другой, вроде
    того как мать приходилась отцу по плечо; их клювы, однако, в точности
    одинаковы. Я не орнитолог, но полагаю, что вороны живут долго, во всяком
    случае во’роны. И хотя я не в состоянии определить их возраст, они мне
    кажутся старой супружеской четой. На прогулке. У меня не хватает духу
    прогнать их прочь, и я не умею хоть как-то наладить с ними общение. Кажется,
    также припоминаю, что вороны не перелетные птицы. Если у истоков мифологии
    стоят страх и одиночество, то я еще как одинок. И представляю, сколь многое
    будет мне еще напоминать о родителях впредь. И то сказать, когда такие
    гости, при чем тут хорошая память?

Добавить комментарий