ОБ ИЗГОЯХ (эссе). Возвращаясь к себе

ОБ ИЗГОЯХ
(эссе)

Самое ценное, поразительное и достойное в жизни – это постоянное осмысление своего собственного «Я». Не меньше!
Если процесс человеческого познания опирается на самостояние личности, способной перенести все испытания Cудьбы, перед нами индивид, который вправе именоваться постсоветским изгоем.
Почему, собственно, постсоветским? И нет ли здесь некоей попытки «пристегнуть» себя, такого хорошего, к недавнему прошлому?
На протяжении ни одного десятка лет, в ХХ столетии, я знал следующее определение понятия «изгои»: в Древней Руси – люди, вышедшие из своего состояния, лишившиеся прежних средств к существованию. Сюда относились вольноотпущенники
и выкупленные холопы, находящиеся под покровительством
церкви (Малый энциклопедический словарь / Под ред.
Ф. Брокгауза, И. Эфрона. – Т. 2. – Москва: Терра, 1997. – С. 1816).
Толкование данного понятия переходило в разные словари, оставляя чувство досады и непонимания временнóго порядка.
Мы живём далеко не в Древней Руси, а в Российской Федерации. Последняя, как известно, образовалась на наших глазах после распада некогда могущественного СССР. Эхо этого распада больно отозвалось – отзывается и будет отзываться – в судьбах социально незащищённых слоёв населения. Обоснование неизбежности крушения Советского Союза находится вне рамок статьи. Однако последствия произошедшего социально-политического явления запредельно тяжелы для тех, кто не может выживать самостоятельно, без постоянной помощи, в т.ч. со стороны государственных служб РФ и соответствующего чиновничьего аппарата.
Человек с ограниченными возможностями (далее аббревиатура – ЧОВ), обладающий ясным сознанием и несгибаемой волей,
способен справиться с дарованной Всевышним природой.
Более того, чем ýже пространство для самореализации такого человека в обществе, тем сильнее жажда состояться и
найти персонально свою нишу жизнедеятельности.
Вольно-невольно ЧОВ бросает вызов здоровому социуму, где всегда господствует пресловутый «культ нормы». Такого человека не хотят замечать, понимать, признавать. Он (она)
в состоянии оправдать Родительский Подвиг только в одном случае: если общество создаст приемлемые условия для самореализации Белого ворона (Белой вороны).
Предельно важен неопровержимый тезис, о котором преступно умалчивают.
Пройдя сквозь тьму, ЧОВ больше ценит свет. Излучая его на своих близких, родственников, знакомых, он всё-таки становится востребованным звеном на пути Самопреодоления – и
не только собственного.
Окружающие его люди, чаще всего физически здоровые, смотрят на такое «чудо-юдо в перьях» с недоумением и вопросом: «Если он (она) справляется с жизненными трудностями, почему это не получается у меня?» Налицо эффект зеркала – прямого, без артистической игры.
Оговорюсь:
а) между изгоем и ЧОВ не всегда правомерен знак равенства. Человек с ограниченными возможностями надевает тогу изгоя, если способен решительно принять Судьбу,
не кляня при этом жребий и равнодушие жестокого мира;
б) смена исторических эпох отрицательно влияет на человеческий рассудок. Многие не в силах адаптироваться
к вихрям и ценностям иного времени, пополняя тем самым ряды изгоев и оставаясь тенями прошлого до конца своих дней;
в) закон Джунглей – побеждает сильнейший! – ведёт
к непримиримой борьбе за себя, борьбе с использованием недостойных средств в однородной среде. Если здоровый мир варварски несовершенен, почему должен быть совершенен человек с букетом заболеваний, ограничивающих его свободу?
Вот откуда, по всей видимости, постсоветское толкование дефиниции «изгой»:
человек, стоящий вне какой-либо среды, общества, отвергнутый ими; отверженный, отщепенец. Быть изгоем в какой-либо среде (Большой толковый словарь русского языка. – РАН, Ин-т лингвистических исследований. – СПб, 2003. – С.  379).
Широко известна жизненная парадигма, абсолютно равнодушная к раскладу политических сил в различных государствах: «лучше быть богатым и здоровым, чем нищим и больным». Однако истинную правду изгойства осознаёшь, когда остаёшься один на один с Судьбой вне физической защиты родителей. Добавлю: родителей, не предавших родного сына или родную дочь.
Дилеммы – порою неразрешимые – нарастают, а силы
к сопротивлению, наоборот, тают. Именно тогда на выручку
изгоев приходит здравый Дух, свыше ниспосланный и позволяющий противостоять нападкам депрессии.
Напрашивается риторический вопрос: какое же лекарство
не навредит изгою, если оно известно врачам?
На риторический вопрос удобно не отвечать. И всё-таки это
не по-мужски, от лукавого.
Первое, что приходит в голову, – творчество.
Предваряя книгу Д. Еникеева, И. Болотовского «Победивший себя – МОГУЧ» (Казань: Татарское кн. изд-во, 1986), доктор исторических наук А. Литвин пишет:
«… Но вряд ли можно согласиться с их (авторским – Г.Ш.) утверждением о том, что многие задатки человека способно раскрыть лишь заболевание или экстремальная ситуация. /…/ Согласимся всё же, что абсолютное большинство мировых открытий, произведений искусства и литературы были созданы физически и нравственно здоровыми людьми. Нельзя понятие гениальности отождествлять с обязательным отклонением от нормы человеческого бытия» (С.3).
Второе, что даёт глубинное сознание, – память обо всём добром, определившим твоё существо.
Именно этот ответ я рекомендую тем, кто меня знает.

Что же в итоге, уважаемые соотечественники?!
Альфа и омега изгоя – это пожизненное доказательство самому себе величия ниспосланного свыше бытия. Именно его необходимо познавать в качестве единственного абсолюта, стоящего вне времени.
Если такое понимание «изгойства» допускается Всевышним, преодолимы т.н. «козни рода», о влиянии которых следует
знать и никогда не отчаиваться при этом.
В ушедшем веке на весь мир была провозглашена новая общность – «советский народ». Это время кануло в лету, потому что ему не дано было выдержать коррозии Системы, навязанной силой.
Вот и родился постсоветский изгой, оплачивающий собой счета прошедшей эпохи.
Третьего не дано.
Natūra abhorret vacuum – лат. природа боится пустоты,
природа не терпит её (Бабичев Н.Т., Боровский Я.М. Словарь латинских крылатых слов. – М.: Терра, 1997. – С. 474).

(«Страна Озарение». Литературно-художественный журнал, 2008. – № 23 (60). – Июль. – С. 76. Гл. ред. Ирина Киселёва (Малкова), Новокузнецк Кемервской области).

 

 

 

 

 

Share
Статья просматривалась 525 раз(а)

Добавить комментарий