Альфред Дрейфус, в свете его любовных писем. Перевод Игоря Файвушовича

Альфред Дрейфус, в свете его любовных писем

(Новая выставка показывает другую сторону жертвы / героя «Дела Дрейфуса» – личные воспоминания человека о своей семье)

http://www.timesofisrael.com/alfred-dreyfus-through-his-love-letters-and-sneakers/?utm_source=The+Times+of+Israel+Daily+Edition&utm_campaign=35b1387f93-2014_03_23&utm_medium=email&utm_term=0_adb46cec92-35b1387f93-54420761

Дебора Камин

Перевод с английского Игоря Файвушовича

Alfred Dreyfus in the Villemarie Garden, Carpentras 1899-1900. (photo credti: Dreyfus Family Collection)

Альфред Дрейфус в отеле «Вилла Мари Гарден», Карпентрас, 1899-1900. (Фото предоставлено: семейной коллекцией Дрейфуса)

Среди многих фотографий Альфреда Дрейфуса, представленных на дисплее в новой потрясающей ретроспективе саги о его жизни в музее «Бейт Хатфуцот» (Музей еврейской диаспоры, находится на территории студенческого городка университета Тель-Авива в Рамат-Авиве – Википедия), куратор Симона Ди Непи имеет особого фаворита.

На ней, французский артиллерийский офицер, неправомерное осуждение которого за измену послужило одним из самых мощных проявлений антисемитизма в наше время, сидит в тихом заднем дворе в городе Магглинген, Швейцария, обнимая трёх своих внуков – Николь, Франсуа и Чарльза. Чёрно-белый снимок, который был сделан почти 30 лет после того, как он был официально реабилитирован в преступлении выдачи секретов немецкой армии, показывает совершенно иного человека, чем того Дрейфуса с каменным лицом, одетого в униформу, широко известного по учебникам истории. Здесь Дрейфус с белоснежными волосами, расслабленный и небрежно одетый, вплоть до пары ярких белых кроссовок на ногах. Это приватный Дрейфус, человек, который, прежде чем он оказался в эпицентре одной из величайших политических драм Европы, был новобрачным, любящим Шекспира, который мог бы цитировать философию и вспомнить, как он слышал идиш в доме своего детства. Ди Непи стремилась изучать именно такого Дрейфуса.

– «Мы хотели сделать нечто другое», – рассказывает куратор итальянского происхождения, которая в течение года корпела над тысячами страниц текста и кропотливо переводила десятки документов на иврит, английский и французский языки в ходе подготовки этой выставки. Не просто выставки о «Деле Дрейфуса», истории, которую знают все, но чтобы добавить другую точку зрения на всё это. Так что перед вами выставка … которая показывает дело общественной значимости, как и облик приватного Дрейфуса, с человеческой стороны, с семейной стороны».

– «Дело Дрейфуса», когда оно обрело известность, стало взрывным политическим и военным скандалом, чьи отголоски ощущались за пределами Франции и во всём еврейском мире. В 1894 году французские офицеры узнали, что высокопоставленный сотрудник передал военные секреты немцам, и они указали на Альфреда Дрейфуса, высокообразованного еврея, артиллерийского офицера Франции, который был поспешно осуждён, публично унижен и лишен звания, а затем отправлен в исправительную колонию на отдалённом острове Дьявола, на побережье Французской Гвианы.

 

Alfred Dreyfus with his wife Lucie, circa 1934. (photo credit: Dreyfus Family Collection)

Альфред Дрейфус с женой Люси, около 1934 года. (Фото: предоставлено семейной коллекцией Дрейфуса)

Истинный предатель, в конечном счёте, был назван, и невиновность Дрейфуса была доказана, но не раньше, чем он провёл четыре года, потрясающие душу, на острове Дьявола, что вызвало во всей Франции ошеломляющую дискуссию об антисемитизме, о власти истеричной прессы и ценности чести и доверии в военных кругах. Его история переплетается с несколькими великими интеллектуалами, в том числе Эмилем Золя, его страстным защитником, и Теодором Герцлем, которого, как говорят, закрытие «Дела Дрейфуса» инициировало в написании его великого трактата о сионизме «Еврейское государство». Один корреспондент газеты слышал, как толпа кричала: «Смерть евреям!»

Дрейфус стал символом, человеком в военной форме, известным гораздо больше, чем из-за того, что он сделал на самом деле. Именно его правнучка, Яэль Перл Руис решила изменить эту ситуацию.

– «Для меня было очень важно показать другую сторону, семейную сторону, показать, что он не был холодным человеком, о котором люди говорят» – рассказывает Перл Руис по телефону из Парижа, где она сегодня живёт. Эта его сторона не так известна, и её важно показать».

Yael Perl Ruiz, left, with curator Simona Di Nepi. (photo credit: Courtesy Beit Hatafutsot)

Яэль Перл Руис, слева, с куратором Симоной Ди Непи. (Фото: предоставлено Бейт Hatfutsot)

Во время визита в Тель-Авив, Перл Руис увидела «Бейт Хатфуцот», и осознала, что его местоположение – музея, предназначенного для рассказа об истории еврейского народа, расположенного прямо в центре кампуса Тель-Авивского университета, – идеально для экспозиции о её великом прадеде. Она пришла в музей и помогла организовать эту выставку вместе с симпозиумом, состоявшимся в начале этого месяца. Сама выставка является главным компонентом сотрудничества с Национальной библиотекой Израиля в Иерусалиме.

Симпозиум и открытие были своего родом воссоединением семьи. Восьмидесятисемилетний Чарльз Дрейфус, внук Альфреда и единственный живой родственник сегодня, который знал Альфреда, когда тот был жив, приехал из Франции на эту выставку, как это сделала и Мартин Леблон Золя, правнучка Эмиля Золя. Вместе с Перл Руис, они собрались на галерее Музея «Бейт Хатфуцот», часть которого переоформлена в старинном стиле парижского кафе, заваленном газетами, освещающими «Дело Дрейфуса», а в другом углу демонстрируется «Ketubah» Альфреда и Люси Дрейфусов («Кетуба» – еврейский брачный договор – И.Ф.), наряду с прекрасными увеличенными копиями их интимных любовных писем. – «Самым трудным для меня, было то, как мы сделаем выставку, которая базируется в основном на документах, газетах, письмах и плакатах? Как мы придадим ей чувство трёхмерности?», – вспоминает Ди Непи. – «В противном случае выставка была бы плоской».

Решение состояло в разрезании галереи на три пространства, одно, заполненное газетными вырезками и поразительными антисемитских журнальными карикатурами, внесёнными в каталог «Дела Дрейфуса».
Второй раздел, окрашенный в цвет розового румянца, сенсационно открывает переполненный мозг и сердце Дрейфуса, чтобы показать его собственноручно написанные любовные письма его жене Люси, а также волнующие эскизы и отчаянные переводы Шекспира, нацарапал по памяти, которыми он заполнил свои журналы, находясь в заключении на острове Дьявола.

 Alfred poses cheerfully with his son Pierre’s children: Françoise, Nicole, and Charles - Alfred’s only living grandchild. (Photo credit: Dreyfus family collection)

Альфред весело позирует с детьми сына Пьера: Франсуазой, Николь и Чарльзом – единственным ныне живым внуком Альфреда. (Фото: предоставлено семейной коллекцией Дрейфуса)

В третьем углу можно посмотреть видео, которое включает в себя показания самой Перл Руис, Ди Непи, выложивших трагедию семьи Дрейфуса и всех французских евреев во время Второй мировой войны, а затем историю их воссоединения и победы в современную эпоху. Перл Руис говорит, что она узнала о своём знаменитом великом деде, когда ей было 12 лет, и её мать дала ей копию книги Альфреда Дрейфуса «Пять лет моей жизни». – «Это натолкнуло меня на решение продолжить дело, которым я продолжаю заниматься по сегодняшний день», – убеждена она.

– «Я начала понимать, что такое антисемитизм. Я выросла в безопасной атмосфере и реально не осознавала, что это значит. Мы должны передать эту историю, и мы должны бороться и с антисемитизмом, и с антисионизмом. А когда есть тема, подобная этой, то это так важно для вас, и вы должны заниматься и бороться с этим».

Дебора Камин пишет для The Times of Israel и работает в Тель-Авивском университете.

Share
Статья просматривалась 1 049 раз(а)

Добавить комментарий