Хроники Эстер. Забытое письмо из детства

Забытое письмо из детства

Приехала подруга из Израиля. Ну как подруга? Так, бывшая одноклассница, которую я не видала бесконечное количество лет. С приветом из детства. Сказать, что интересно вглядываться в изменившееся, и давно забытые черты лица? Нет, совсем не  интересно, эйфория «про одноклассников» прошла, так и не начавшись. Что было, то было, зачем пытаться ту, кажущуюся теперь не реальной жизнь,  переносить в эту реальность?

Она была странная девочка, обособленная и вредная, в первом классе могла все уроки просидеть забившись под парту. И наша добрейшая учительница,  не знала что  делать и как себя вести в данной ситуации. Класс часто издевался над «не такой как все» девочкой, Таней Евтушенко, но она умела за себя постоять. Как так получилось, что к классу четвертому я подружилась с  Таней, с которой никто не мог найти общий язык? Это была  странная дружба.

Мы мечтали, мы много читали разных книг и мечтали. Жизнь, за пределами серого рабочего городка с его однообразными тесными панельными  домиками, казалась нам волшебной сказкой.

Вся вселенная принадлежала нам, потому что у детской мечты нет пределов.

Иногда даже сбегали с уроков, бежали ко мне домой, родители всегда были на работе, мы убегали от школьной и бытовой рутины и предавались светлым и чистым полетам наивных надежд. Подозреваю, теперь, что, то были самые правильные мечты и мысли в  жизни.

Правда, однажды,  в школу, в наше очередное «бегство, пришел отец Татьяны. Не могу знать зачем он это сделал, возможно наше отсутствие на уроках, не остались незамеченными. Побывав в школе и не увидев там свою дочь, Танин папа, неожиданно ворвался в наш мир грез, суровой и грубой реальностью. Но подруга не растерялась, а грозно и зло предупредила отца, что если он расскажет о наших побегах  моим родителям, то она  этого никогда не простит. То был взрослый полный отчаяния, разговор-шантаж, маленькой девочки со взрослым.

Мы жили в рабочем городке при Авиационном заводе, такое рабочее гетто, как мне сейчас это представляется. Родители наши прекрасно знали друг друга, все дружно работали  на одном предприятии. Но что удивительно,  о наших «сбеганиях с уроков» родители Тани,  моим родителям, так и не сообщили.

В процессе взросления, мы менялись, менялись наши мечты, а с ними сошла «на нет» наша короткая странная дружба. У меня было много подруг, нравилось изучать характеры, приспосабливаться,  притягивать людей. Но только с самой собой мне было лучше всех. Одиночество любимое состояние. Бывшую подругу Таню, и вовсе перестала замечала. Она, по всей вероятности, примирилась со школьной однообразной жизнью и уже не шокировала учителей и класс своими странными выходками. Ее индивидуальность как бы растворилась в общем потоке школьной серости.

Как то в классе седьмом, меня угораздило решить заковыристую математическую задачу, которую не мог решить даже мой отец. Папа мнил себя непризнанным математическим гением и такое событие невероятно вдохновили маму. Мама неожиданно разглядела в своей дочери великие математические способности. Способности к рисованию, почему то воспринимались, как само собой разумеющееся баловство. Мама задалась целью впихнуть свое чадо в самую престижную школу в городе.

Собеседование проходило в жаркий ташкентский летний день. Я тряслась как суслик, вспотела, мне было реально плохо. Огромная современная школа, с ярким мозаичным панно на фасаде, со своим плавательным бассейном, с красивыми внутренними двориками и учитель с насмешливым прищуром. Странные задачи, которые предстояло «блестяще» решить. Огромное желание попасть в эту модную школу, хотя  прекрасно знала, что никаких великих математических способностей нет. Надо было во что бы то ни стало пройти собеседование, пройти, иначе был бы нанесен колоссальный удар по самолюбию  мамы. И я продолжала тупеть, пыхтеть и потеть над необычными задачами.

Дорфман Игорь Абрамович, так звали учителя математики, сразу оценил мои скромные математические таланты, но видя мое несчастное, почти горестное рвение, сжалился и в школу меня приняли.

Новая жизнь, с  новыми друзьями, за периметром убогого пролетарского авиастроительного анклава.

Все другое. Все да не все. Где то в середине сентября, на горизонте новой школы замаячила знакомая фигурка. Ба! Да это Татьяна Евтушенко! Видно жизнь в старой школе, без меня, показалась ей совсем серой, а может она  знала, что в математике разбирается лучше. Танины родители, как нашкодившие ученики, каждый день чинно сидели у дверей кабинета директора. Классы были переполнены, прием давно закончен, учебный год давно начался и о переводе из одной провинциальной школы, в другую престижную школу, не могло быть и речи. Но Танины родители, продолжали  восседать у знакомой двери. Сердце директрисы не выдержало, Тане, все же, назначили собеседование. Собеседование проводил все тот же Игорь Абрамович. Каково же было удивление, когда Игорь Абрамович, после экзамена сказал, почти следующее – Эту девочку, я забираю в свой класс!

Учиться у Дорфмана – это была гарантия 99% — го поступление в любой самый престижный математический вуз страны. Учиться у самого Дорфмана – считалось большим счастьем. Но странной Татьяне, было глубоко безразлично, кто такой господин Дорфман. Она поставила перед всеми условие, что учиться будет только в выбранном ею самой классе. Это была невероятная наглость. И опять…опять ее родители обреченно сидели у двери в кабинет директора школы.

Однажды,  в наш класс привели новенькую. Как не трудно догадаться, то была упорная Татьяна Евтушенко.

Жизнь в новой школе текла своим чередом. Там учились дети всех сословий, разницы никто между нами не делал, всем предоставлялись равные возможности. Я дружила с новыми девчонками и нас связывали самые простые вещи: смешливость, беззаботность, молодость и учеба. О мальчиках мы в ту пору особо не помышляли, они нам казались слишком примитивными и глупыми.

Наша дружба с Таней так и не восстановилась, новые подружки ни за что не хотели ее видеть в нашем маленьком коллективе. Они высмеивали Танин сложный характер, но больше всего их раздражала ее непонятная ко мне преданность. Я даже стыдилась ее и сама высмеивала это упорное внимание к своей персоне. После окончания школы, мне пришлось скрыть от Тани, куда я поступаю, говоря проще, я ее обманула. Таня поступила в тот ВУЗ, в который она считала, поступала и я. Наши пути разошлись окончательно.

 

Прошло 30 лет. Однажды пришло письмо, от бывшей школьной подруги Татьяны Евтушенко. Странно, я искренне обрадовалась ее неожиданному письму. Первое, что вспомнилось, из прошлого, это наши чистые, наивные детские грезы о прекрасном нашем будущем.

Таня теперь живет в Израиле, я даже не знала, что с ее украинской фамилией, она «большая» еврейка, чем я со своей еврейской. Оказывается, ее мама, была еврейских кровей.

У Татьяны есть  сын Александр, ровесник моему, и есть дочь — Эстер.

Школьная подруга давно меня искала, предполагая, что я сменила фамилию, но однажды просто набрала в поисковике Эстер Штернкукер и ….все просто.

То, что моя бывшая подруга, назвала свою дочь, в мою честь, почему то по началу меня очень сильно обрадовало и вдохновило. Я даже искренне, поделилась этой приятной новостью с Изольдой. Но Изольда остудила своим презрительным – Ну и что??? Эка невидаль?!

А ничего – сказала я обижено – вот поеду в Израиль, чисто на девочку посмотреть. Всегда мечтала о собственной дочери!

Мое желание приехать в Израиль, обрадовало Татьяну, мы даже назначили время встречи, но…..Эйфория прошла, в стране обетованной, я так и не была. Будничная суета оказалась сильнее, романтического порыва. Упорная Татьяна сама приехала в Москву, но так и не решилась мне позвонить. Мы перестали даже вяло переписываться. Писать и говорить то собственно не о чем. Через год-полтора, после этих событий, мы все же встретились. 12 марта сего года, школьная подруга приехала в Москву, но позвонила только через два дня, после приезда. Я уже подумала

 – Опять не решается позвонить? Ну и хорошо. Ни к чему все эти встречи, со старыми школьными друзьями. Тогда была совсем другая Таня и совсем другая Эстер. Совсем другой мир. Не стоит ворошить и смешивать.

И даже огорчилась, когда Татьяна таки позвонила. Не буду утомлять описаниями встречи аля «30 лет спустя». Мы помним друг друга такими какими мы были, мы стали такими какими стали. Гуляя по Красной площади, уже к концу встречи Таня неожиданно спросила

— Ты помнишь наши мечты? Помнишь как мы наивно грезили?

-Конечно помню! Смешные такие.

— А помнишь, как мы написали письма к самим себе, взрослым?

— Мы? Написали себе письма? Что то припоминаю, но не уверена…..

— Ну да! Написали о своих мечтах, запечатали, каждый в отдельный конвертик, а потом оба конвертика сложили в один конверт и перевязали его глупой зеленой ленточкой, неужели не помнишь?

-Таня, наверное, так и было, что стало с этими конвертиками?

— Я их выбросила, не вскрывая! Хранила более 30 лет, а два года назад,  порвала и выбросила!

-???

— Я же не могла предположить, что  мы встретимся. Смешно и не вероятно, как только уничтожила «наши мечты», то сразу нашла тебя. Смешно…

— Да уж! Смешно! Интересно о чем я писала тогда в 10 лет? Ничего не помню….

— А я хорошо помню, две свои мечты. Я мечтала – сказала Таня – Стать учителем математики и побывать на Северном полюсе, еще мечтала – она осеклась – Ладно….Все равно ничего не сбылось, ничего….

— Жаль …… мои мечты…… наверное, тоже не сбылись.

15.03.2014

 

 

Share
Статья просматривалась 807 раз(а)

2 comments for “Хроники Эстер. Забытое письмо из детства

  1. Эстер Штернкукер
    18 марта 2014 at 21:04

    Спасибо, Инна! Я без «7-искусств», ни куда! О простом писать трудно, все так «политизированы».

  2. Инна Ослон
    15 марта 2014 at 14:56

    Спасибо, Эстер, что опять появились. Без Вас здесь пресновато, а читать Вас всегда интересно.

Добавить комментарий