Статья М.Ришина «Germans versus Russians»

К истории взаимоотношений немецких и российских евреев в период массовой эмиграции в Америку.

Статья М.Ришина начинается с замечания о беспокойстве немецких евреев, лишь недавно приобретших респектабельность в глазах  поддерживавших их жителей Нью-Йорка, относительно прибывающих единоверцев – евреев из Восточной Европы. Это беспокойство имело под собой почву: они только-только стали на ноги, перестали быть разъездными торговцами —  педдлерами, стали чувствовать себя американцами, зачем им такие надоедливые «родственники», которые и вести себя достойно не умеют?

Между тем новые эмигранты – восточно-европейские евреи также прикладывали немалые усилия

для того, чтобы вписаться в американскую жизнь. Поначалу ступенью для акклиматизации, им

могла служить лишь немецко-еврейская модель адаптации, которая к этому времени уже показала

свою успешность как в светской, так и в религиозной жизни. Так в 1870 году было торжественно

открыто новое «мавританское» здание Эммануэль-Темпла. В 1873 году община Эммануэль-

Темпла пригласила на свою кафедру  нового проповедника Густава Готтайла, «чтобы постигать

универсальное значение иудаизма в безупречных английских тонах, доступных всем нью-

йоркцам».

События в Европе – объединение Германии, развитие немецкого имперского духа и немецкого

мифа о своем превосходстве, все это убедило немецких евреев в необходимости принятия немец-

кого порядка вещей во всем, кроме языка. Приоритет в этой области оставался за английским язы-

ком.

Волны восточно-европейских евреев все прибывали и прибывали, продолжая беспокоить «нем-

цев», которые были «озабочены неамериканскими привычками «диких азиатов». Немецкие евреи

не верили в быструю акклиматизацию своих восточных собратьев, беспокоились за свой престиж

в глазах американцев, не хотели терять материальную помощь от них и делиться ей с восточными

евреями. Все в восточных евреях вызывало неодобрение: язык идиш, одежда, привычки, их теат-

ральные представления, их газеты, их профсоюзы, даже их не американизированные имена.

Помощь восточно-европейцам была поначалу минимальной. Когда в 1881 году  волна погромов в

России вытолкнула в Америку большое число евреев, немецкие евреи пытались ограничить имми-

грационный поток законодательно, однако, убедившись, что поток беженцев невозможно остано-

вить, они с неохотой и ограниченно все-таки стали помогать вновь прибывшим.

Хотя еврейские благотворительные организации не были подготовлены к необходимой массиро-

ванной помощи, они все-таки достаточно быстро перестроились, увеличив в одном из годов имми-

грации сумму помощи до величины, расходовавшейся ранее в течение семи лет. Еврейские благо-

творительные учреждения того времени обеспечивали помощь в жилье, пище, медицине, родо-

вспоможении, а также, для умерших, в похоронах. Бюро по найму прилагало серьезные усилия

даже, если предложения работы превышали спрос, а претенденты на рабочие места были  без спе-

циальной подготовки и физически недостаточно сильными.

В это время начали функционировать профессионально-технические школы, например, швейные

(для девушек). После 1890 года фонд барона де Гирша контролировал и поддерживал комплекс

образовательных заведений, в т.ч. вечернюю техническую школу и вечерние английские классы (в

дополнение к общественным вечерним школам). Были организованы классные комнаты для взрос-

лых, аттестация которых была несколько отложена, чтобы окончательно выверить основные

принципы обучения.

Между 1905 и 1910 годами развернулось значительное школьное строительство в Нижнем Ист-

Сайде, а лагерь — госпитальное судно «Huddleston Corlears» был даже преобразован в специаль-

ную городскую школу, где десять тысяч ребят получали образование.

В течение первого десятилетия двадцатого столетия в Нью-Йорке работала образовательная про-

грамма, целью которой было ликвидация разрыва между современным городом и миром Торы и

гетто. Занятия этой программы велись на понятном для всех восточно-европейских евреев языке

идише. Её начальная программа стала объединяющей для всего комплекса  еврейских клубов, уже

работавших в это время в самых разных сферах – музыка, рисование, театр, физические  упраж-

нения, здоровье мужчин и женщин. Всего во всех программах этого цикла было еженедельно за-

нято приблизительно 37 000 человек разного возраста. Однако официальным языком программ

был английский, хотя религиозные службы велись на иврите и немецком языках, в то время как

идиш, этот пробный камень истинной  еврейскости в глазах восточных собратьев, был под запре-

том. Работал также читальный зал, посещаемый 1000 человек ежедневно, в котором были

представлены около 100 журналов на иврите, идише и русском языках, а также литературное

общество евреев – сионистов. Подобно ивриту и идишу, русский язык также не был принят в

этих программах, в связи с чем их руководители смущенно объясняли, что «русский» обозначает

просто место происхождения иммигрантов, а не «полуварварской цивилизации часто называемой

тем же именем».

Несмотря на эти перегибы, немецкие еврейские благотворительные учреждения вызывали опреде-

ленное восхищение жителей Нью-Йорка. Внимание уделялось также медицинской помощи вос-

точным иммигрантам, так почти девять десятых пациентов в 1880 году были приняты врачами

бесплатно.

Хотя не все мероприятия удовлетворяли восточно-европейцев, они все-таки были благо-

дарны оказываемой помощи. Была однако область, в которой новые иммигранты чувствовали

себя ущемленными. Речь идет о выполнении ими религиозных обязательств, и, как только это

оказывалось возможным, иммигранты прилагали все усилия, чтобы их выполнить. Само

оказание помощи восточным евреям часто связывалось, однако, с унизительными расспросами,

анкетами и доказательствами вполне в духе «немецкого порядка».

«Каждый бедный человек был расспрошен как преступник, вот он опустил глаза и смотрит вниз; каждый неудачник чувствует  унижение и дрожит как лист, так же, как если бы он стоял перед российским чиновником. Когда тот же самый российский еврей находился в учреждении российских евреев, независимо от того, что он был бедный и маленький, это казалось ему удобным. Он чувствует себя дома среди своих собственных братьев, которые говорят на его языке, понимают его мысли и чувствуют его основу» (цитата).

В 1892 году только в Нижнем Ист-Сайде было не менее 136 религиозных еврейских обществ, из

них 93 были регистрированы как русско-польские, остальные — как австро-венгерские, охваты-

вавшие австрийские, венгерские, румынские и некоторые немецкие конгрегации.

Постепенно религиозные организации стали заменяться общественными и светскими, которые

предоставляли иммигрантам страхование, больничную помощь и беспроцентные ссуды, а так же

право на кладбище.  Сначала немецкие ассоциации обслуживали всех вновь прибывших, однако

восточные европейцы начали формировать и собственные организации. Принцип самопомощи

принял свою характерную форму в 1892 году в еврейском Обществе Ссуды. Общество давало бес-

процентные ссуды от 10$ до 200$ иммигрантам, желающим получить самостоятельность в бизне-

се. Восточные европейцы также основали свои собственные больницы. Этим учреждениям Ист-

Сайда можно было доверять, так как они были кошерны, лечили восточноевропейских пациентов,

а их врачи были на высоте. Однако, хотя 90% пациентов больницы «Гора Синай» были восточны-

ми европейцами, восточноевропейских врачей не допускали здесь к работе и не признавали в шта-

те этой больницы.

Наступивший новый век не принес изменений в отношениях к евреям Восточной Европы.

Все они, несмотря на свое разнообразие, были охарактеризованы как «русские». Российские имми-

гранты, с их численностью, разнообразием, интеллектуальным опытом и осознанием своего исто-

рического предназначения, сами определили свои горизонты и основы своего существования. Не-

смотря на свою ностальгию по родине, к которой уже не было возврата, они предприняли все уси-

лия для акклиматизации в Америке.

Низкий уровень смешанных браков отразил внутреннюю сплоченность внутри групп евреев.

Мосты коммуникаций формировались медленно и постепенно. Сложные преобразования, проис-

ходившие в различных группах новых американцев и в мире за больше, чем 50 лет, должны были

сломать взаимное непонимание и нетерпимость, которые держали евреев на расстоянии. В эти го-

ды сотрудничество «русских» и «немцев» было редко и нерешительно и чаще всего лишь в облас-

ти социальных контактов. Все же, именно тогда было отмечено начало нового состояния. В 1901

году было предложено создание Объединенного еврейского Общества, в котором предполагалось

«произвести объединение всех еврейских обществ и конгрегаций в Нью-Йорке». В этом, несо-

мненно, сказался общий демократический дух американской жизни, проникавший в обе группы,

немецкую и русскую.

 

Share
Статья просматривалась 1 061 раз(а)

4 comments for “Статья М.Ришина «Germans versus Russians»

  1. Инна Ослон
    22 декабря 2012 at 23:18

    То есть Вы раздавали одежду, нарушая волю дарителей? Распоряжались ею, как своим имуществом?

    • Ефим Левертов
      23 декабря 2012 at 9:26

      Спасибо за Ваше замечание! В нем я вижу человека, много времени проведшего в американских судах. Возможно, что индивидуальная воля какого-то конкретного дарителя была действительно несколько нарушена. Но, когда я принимал эту одежду, я общался не с конкретным дарителем, а со служителями кирхи, у которых я спросил, должен ли я отдавать одежду только и непременно евреям или ее можно отдать и христианину, оказавшемуся в трудном положении. На это мне был дан положительный ответ. Я думаю, что если бы Вы видели эту громадную гору одежды, Вы бы поняли в какое трудное положение попали сами служители кирхи. И, конечно, большая благодарность финнам, собравшим эту одежду для бедных людей.

  2. Борис Тененбаум
    22 декабря 2012 at 19:38

    беспокоились за свой престиж в глазах американцев, не хотели терять материальную помощь от них
    ==
    Из чистого любопытства — в чем же состояла в то время «материальная помощь» американцев-христиан американцам-евреям ? Кто ее оказывал, кому, и на каких основаниях ?

    • Ефим Левертов
      22 декабря 2012 at 20:49

      Это очень простой вопрос. Согласно старой христианской концепции со времен Августина (старой концепции, не современной), евреев можно унижать, но их нельзя убивать, нельзя допускать их гибели, так как они, евреи, должны, в конечном счете, обязательно стать свидетелями триумфального торжества христианской идеи (это стало одним из пунктов расхождения Гитлера с Папой). Это было тем более так для американцев БПАС (белых, протестантов, англо-саксонского происхождения), надеявшихся еще со времен Лютера на обращение евреев в христианство. На основе упомянутой концепции, очевидно, церковными деятелями, иногда на правах личной инициативы, собирались деньги, одежда, утварь, еда для передачи еврейской общине. Материальной помощью было также предоставление евреям рабочих мест. Здесь евреи столкнулись с проблемой работы в субботу. Именно поэтому еврейский реформизм, зародившийся в Германии, пал на столь благодатную почву в Америке. Остатки этой концепции существуют и сейчас, но в более благородном виде. Зная о моих связях с еврейской общиной, меня приглашали в финскую кирху, чтобы я взял БУ-одежду, очень приличную, кстати, для несостоятельных евреев. Я раздавал эту одежду безотносительно национальности получателей. Другая идея заключается в том, что именно из евреев придет новый мессия и для христиан тоже. Поэтому, я опять сошлюсь на финский опыт, каждого еврейского мальчика финны носят на руках, как возможного мессию.

Comments are closed.